Константин Борозинец

19 Сентября 2013 06:31

Константин Борозинец, директор департамента информационных технологий ОАО «БИНБАНК»
Родился 22 февраля 1963 г.
Окончил Московский институт радиотехники, электроники и автоматики (МИРЭА) и Высшую школу бизнеса МГУ, программа МВА.
После института работал в Научно-исследовательском центре электронно-вычислительной техники.
1992 -2000 гг. - Международный Московский банк, главный эксперт управления информационных технологий.
2000-2003 гг. - Альфа-Банк, заместитель начальника управления.
2004-2005 гг. - Международный Московский банк, заместитель начальника управления информационных технологий.
2005-2010 гг. - АГРОПРОМКРЕДИТ, заместитель председателя правления.
2010-2011 гг. - Сбербанк РФ, департамент развития IT, директор проектов.
С 2011 г. по настоящее время директор департамента IT БИНБАНКа.

Как вы попали в мир банковской автоматизации? С чего началась ваша карьера в этой области?
-В банковскую автоматизацию я пришел из Научно-исследовательского центра электронно-вычислительной техники, который в Советском Союзе являлся головной организацией по разработке ЕС ЭВМ. Именно оттуда в 1992 г. я перешел в Международный Московский банк в качестве администратора одной из аппаратных платформ - AS/400.

Работать в банке было очень интересно: там как раз начинался процесс смены платформы. Я ничего не понимал в банковской деятельности, зато имел представление об устройстве больших централизованных серверов. Руководили процессом миграции англичане из Midas Kapiti, работы проводились в исключительно сжатые сроки -- на полную замену АБС отводился год, и проект был настоящим прорывом на рынке.

Потом была работа в Альфа-Банке: тоже участие в проекте по переходу на зарубежную АБС, и тоже Midas Kapiti. Альфа-Банк отличался от Международного Московского банка развитой розницей и атмосферой: в ММБ обстановка была домашняя, камерная, спокойно размеренная, а в Альфа-Банке работа больше напоминала шустрый конвейер - нужно было все делать предельно четко и в бешеном темпе. Именно в Альфа-Банке я впервые столкнулся с методологией ведения проекта, возглавлял отдел, отвечавший за технические аспекты внедрения новой системы, а именно поддержкой инфраструктуры, администрированием АБС и ее доработкой.

Наиболее важным практическим опытом для меня стало построение в рамках проекта операционного хранилища данных. В нашем распоряжении был резервный сервер с солидными вычислительными мощностями и большой памятью, и мы собирали на одну технологическую платформу данные со всех первичных АБС банка. Это было одно из первых мощных централизованных решений на рынке, и оно существует до сегодняшнего дня.

Еще один интересный и значимый проект, который проходил при моем участии и который хотелось бы отметить, - запуск системы межкорпоративного электронного документооборота в Сбербанке. В процессе подготовки приходилось много общаться с различными подразделениями бизнеса, рассказывать о важности внедряемого решения.

Работа руководителя IT-подразделения и банковского CIO подразумевает умение выстраивать отношения с бизнесом и создавать эффективные модели управления, когда бОльший акцент уже делается на технологиях управления, нежели на информационных технологиях. И тут уже недостаточно фундаментальных знаний в математике, навыков программирования и непрерывного их совершенствования, хотя и их важность никто не отменял.

Когда в России возник рынок банковской автоматизации? Что лично вам кажется точкой отсчета?

-Помню, как в самом начале 90-х гг. появилось много программистов, которые для банков писали простейшие АБС на Clipper, и даже я в этом успел принять участие, когда еще работал в государственной организации. Это и был, как мне кажется, самый первый этап банковской автоматизации.

Массово коммерческие банки стали возникать с 1992 г. В это же время появились первые отечественные промышленные решения, централизованные серверы. В те годы было несколько банков, располагавших очень сильными командами автоматизаторов, из которых потом родились первые компании-разработчики, - Инкомбанк, Токо-Банк, Кредо-Банк и др. Они дали очень сильный толчок развитию банковских технологий, они же служили примером для подражания многим банкам - и с точки зрения IT, и по подходам к ведению бизнеса.

Первоначально рынок банковской автоматизации развивался изолированно. Центральный банк всегда диктовал принципы банковской отчетности, сильно отличающиеся от международных стандартов. К тому же совершенно не развивалась розница, исключение составлял разве что СБС-Агро. А это значило, что банками были востребованы простые учетные системы.

Массовый поход российских банков в розницу начался после кризиса 1998 г. - начиная с 2000 г. Тогда же в полной мере проявился и интерес банков к IT, без которых невозможно нормальное функционирование розничного бизнеса банка. Более того, тенденция последних трех-пяти лет состоит в том, что IT-специалистов стали брать на работу в бизнес-подразделения банка. Если раньше это были единичные случаи и единичные области, такие как отчетность или маркетинг, то сегодня практически во всех областях присутствуют IT-специалисты. Это помогает четче ставить задачу IT-подразделению и способствует взаимопониманию.

Почему большинство банков в России до сих пор пользуются отечественными разработками, а большинство российских разработчиков так и не вышли на зарубежные рынки?
-Все дело в требованиях к отчетности, которые в российском своем варианте очень специфичны: основным камнем преткновения при внедрении в банке западной системы всегда была организация встроенного российского учета. Один из способов такого внедрения представлял и представляет собой установку системы как есть вместе с имеющимися в ней продуктами, после чего эти продукты передаются в российскую дублирующую систему, в которой и учитываются. Другими словами, рядом с импортным ядром ставится российский модуль, который и генерирует соответствующую отчетность. Это совсем не тривиальная задача, так как подобное решение требует сверки в ежедневном режиме двух балансов и учета расхождений при передаче данных.

Что же касается отсутствия российских систем на западных рынках, то тут дела обстоят еще проще. Во-первых, западные рынки формировались не одно десятилетие, банки и компании-разработчики имеют давние корпоративные связи. Во-вторых, по большому счету российским компаниям туда не с чем идти. Отечественные компании-разработчики столько усилий тратят на пресловутый учет и бесконечные его изменения, что у них просто не хватает ни сил, ни средств, ни времени, чтобы создать некое прорывное технологическое решение. Это относится и к скоринговым системам, и к системам принятия решения, где требуется значительное количество именно математических моделей. Возможно, такие научные исследования даже есть, но мы просто не дозрели до их внедрений в жизнь, а наши программисты не имеют опыта и наработок, скажем, по статистике или нечеткой логике. И, соответственно, не умеют пока использовать их в своей работе.

Это как если бы научное открытие требовалось довести до реализации на заводе. У нас в этом смысле существует некоторый разрыв: кто-то где-то что-то открывает, а на профильном заводе в это время штампуют кастрюли, чтобы чем-то себя занять. Более того, перед заводами пока никто и не ставил задачу проводить соответствующие исследования, чтобы потом внедрять их в технологический процесс выпуска продукции.

Наша статистическая и математическая наука существуют сами по себе, а отечественные АБС - сами по себе. И компании, за редким исключением, следуют по большей части за заказчиком, т. е. за банком, а не предлагают ему свои решения. И вследствие этого отстают, оказываясь в ситуации, когда банку уже нужно какое-то конкретное решение, у а них его еще нет. Поэтому им, чтобы выполнить заказ банка, требуется порой от полугода до года - чтобы «украсть» импортное решение, понять, как оно работает, и повторить его.

Это происходит в силу молодости рынка и обслуживающей его отрасли. И еще, быть может, в силу того, что мы в России, неважно, как эта страна называлась раньше, никогда не умели быстро внедрять научные разработки. Только у военных, наверное, есть эта традиция, хотя быть может, это нам только кажется.

По-хорошему этот процесс должен идти на стороне компаний-разработчиков. Они должны уловить тенденцию: что может быть востребовано рынком? Затем провести исследование, подготовить модель, реализовать ее в некой разработке, усовершенствовать, а затем продавать как промышленное решение. Но это дорого, и мало кому по средствам. Из отечественных банков такие исследования мог бы поддержать разве что Сбербанк, но он пока предпочитает финансировать Массачусетский технологический институт, и дает гранты туда, за что может бесплатно использовать все новые технологические разработки.

Какие тренды в области IT влияют на российский банковский рынок сегодня, и какие будут влиять в ближайшие три-пять лет?
-Банкам, чтобы выживать и развиваться на этом рынке, надо завоевывать новые сегменты услуг и сдвигаться из маржинальной области доходов, как наиболее рискованной, в сторону комиссионной. А для этого нужно придумывать новые услуги - причем не только банковские, но и в смежных областях. Что это может быть? Ну, например, электронный обмен документами, или же построение в интернете некой социальной сети, в которой клиенты банка могут получать профессиональные услуги и консультации от профессиональных участников этого же рынка - сертифицированных юристов, налоговиков и т. д. Такая площадка позволит обмениваться информацией, выставлять свои продукты, осуществлять электронный документооборот, защищенный цифровой подписью, - и получать неограниченный комиссионный доход. Я думаю, что безофисное обслуживание с неизбежностью будет развиваться в эту сторону.

Возможно также создание некоего универсального платежного средства, являющегося одновременно инструментом идентификации. Как, например, универсальная электронная карта, над выпуском которой сегодня бьется Сбербанк. Но так как чип можно встроить не только в карточку, но и в телефон, и в брелок, то носитель такого инструмента может быть любой. И активное развитие платежных инструментов на основе чипа NFC, встраиваемого в мобильные телефоны, тому подтверждение. В итоге может произойти, наконец, сближение клиента и банка, когда банковские услуги клиент может получить везде, где ему удобно, -- дома, в командировке, в кафе и т. д. Это главный тренд движения банкинга как клиентского сервиса.
вернуться назад

События

Новости

Корпоративные новости